sadgigolo

© REUTERS

10.10.2009, США | Тело казненного около двух часов назад «вашингтонского снайпера» Джона Аллена Мухаммада вывозят из здания исправительного центра Гринсвилл в Вирджинии. Приговоренному к смерти за убийство 53-летнего Дина Майерса сделали смертельную инъекцию и в 5:11 МСК его сердце остановилось.

В октябре 2002 года Джон Аллен Мухаммад вместе со своим младшим партнёром Ли Бойдом Малво в течение трех недель расстреливал случайных прохожих, скрываясь в автомобиле. Паре снайперов удалось убить десять и тяжело ранить трех человек в разных районах Вашингтона. В том числе был ранен 13-летний мальчик и убит отец шестерых детей. На суде Малво рассказал, что Мухаммад «планировал убивать не менее шести белых каждый день в течение месяца, а также устраивать взрывы бомб, начинённых болтами и шурупами, в школьных автобусах, школах, детских больницах и поликлиниках».

Адвокаты Мухаммада настаивали на отмене смертной казни, утверждая, что их подзащитный психически нездоров. Сам «снайпер» просил не отменять ему высшую меру наказания. Перед смертью он не произнес ни слова. «Он скончался очень спокойно, в отличие от большинства своих жертв», сказал прокурор Пол Элберт, присутствовавший на казни.

Я блюзмен. Мне сорок семь, я ношу шляпу, штиблеты и брюки в полоску. Я старомоден, у меня желтые зубы, я живу в трейлерах и мотелях, я предпочитаю ром и вишневый кэптэн'с блэк любому обществу, и я не хочу знать, как мне лучше на самом деле. У меня шрам через брюшину, и не то чтоб я разговорчив. Я да, был когда-то влюблен в одну; думаю, она точно знает теперь, кого ей следует избегать. Всех друзей - только бухло и контрабасист. Отличный парень: за семь лет я слышал от него только два слова - "прикури" и "лажово". Он может играть зубами, когда в зале дамы. Иногда за концерт мы на двоих высаживаем столько, что остаемся еще должны заведению.

Давай так: я играю и пою, а ты лечишь кого-нибудь другого. Не меня.

Пару недель назад я нечаянно набрала в ночи номер одного знакомого. Моя старенькая нокия периодически выкидывает коленце, но в ту ночь это был её коронный номер, ибо прослушать кое-кому пришлось целый радиоспектакль весьма недвусмысленного жанра.

Потом, спустя ровно день, я так же нечаянно, но уже с другого телефона, набрала шефа, распевая при этом с Алексием по фамилии Велик, что-то из Jamiroquai.

Но самой высшей степенью проявления моего идиотизма, был секретный рассказ в комнате, где установлена радионяня, вещающая на всю остальную квартиру.

Мне кажется, я мистер Бин.

PS

Детский хор - Depeshe Mode Dream on